Как вернуть незаконно выведенные миллиарды?

Мы будем вынуждены посадить какого-нибудь вице-премьера или министра, считает эксперт

Фото: aurora.network

Алматы. 11 июня. NewsHub - В начале этого месяца казахстанские СМИ со ссылкой на пресс-службу Акорды сообщили, что указом президента Касым-Жомарта Токаева создана межведомственная комиссия во главе с генеральным прокурором для возврата незаконно вывезенных гражданами Казахстана за рубеж денег.

В начале февраля депутат Мажилиса от фракции «Ак жол» Максат Раманкулов попросил Агентство по финансовому мониторингу предоставить информацию о крупных переводах средств из Казахстана за рубеж в период январской событий. Он утверждает, со ссылкой на данные международной организации Tax justice network, что за последние 25 лет из Казахстана в зарубежные офшоры выведено около $140-160 млрд. Правоохранительными органами за последние пять лет по фактам незаконного вывода капитала за рубеж было заведено свыше двухсот дел. Однако о конкретных результатах этой работы в виде возврата в страну сколько-нибудь серьёзных сумм так ничего и не известно.

В апреле этого года министр национальной экономики Алибек Куантыров сообщил, что за 30 лет в Казахстан было привлечено более $400 млрд иностранных инвестиций. При этом не один десяток миллиардов был выведен из страны. Он не смог назвать точную сумму, но предположил, что она может достигать $100 млрд или чуть больше.

Теперь вот создана госкомиссия по возврату незаконно вывезенных денег. Какую работу предстоит проделать республике и комиссии, в частности, чтобы вернуть эти деньги, и насколько это возможно? NewsHub.kz попросил поделиться своим мнением относительно этого вопроса известного казахстанского эксперта и консультанта по финансам Расула Рысмамбетова.

Расул Рысмамбетов, финансовый эксперт:

«Активы бывают разные. Они могут быть (чаще всего) в виде объектов недропользования и лицензий на добычу полезных ископаемых, денег, спрятанных где-то, а также недвижимости, бизнеса, акций или какого-нибудь другого имущества, находящего за границей, которые куплены на деньги, заработанные непрозрачным путем. И тут у каждого из этих вариантов есть свой способ возврата. Редко бывает так, чтобы деньги из Казахстана прямиком направлялись бы в Англию, Дубай или Сингапур. Как правило, деньги проходят сложный путь через, минимум, один или два оффшорных банка. То есть для начала нужно будет выяснить путь прохождения денег, куда и как они ушли, через Кайманы и Багамы в США или по другому пути в Англию.

Потом, допустим, мы узнали, что на счету какой-либо лондонской компании лежат деньги, которые мы считаем незаконно выведенными из Казахстана. Если мы сможем доказать, что эти деньги имеют криминальное происхождение, то мы можем по ним вести дела. Тогда иностранный госорган, куда мы отправляем запрос по этим деньгам, нас спросит: «А как вы докажете, что они криминальным путем были выведены? Вы что-нибудь сделали для выяснения этого?». А мы ответим: «Вот мы поймали бывшего премьер-министра, который это подписал, что сейчас он сидит в тюрьме или под следствием находится и т.д.». Я хочу сказать, что если нет уголовного наказания, осуждения местного чиновника, то как поверить в то, что эти деньги были извлечены преступным путем. Поэтому мы будем вынуждены посадить какого-нибудь вице-премьера или министра, и далее доказать, что эти деньги выведены именно из Казахстана. При этом надо учитывать, что на некоторых контрактах могут стоять подписи людей, многие из которых сейчас находятся на свободе и работают на высоких должностях, теперь уже в, так называемом, «Новом Казахстане».

К примеру, тендерная комиссия из семи человек подписала какую-то незаконную сделку, значит надо возбуждать уголовные дела против всех этих семи человек. Дать соответствующую правовую оценку. Если есть сведения о $100 млрд, выведенных незаконно, то это уже, минимум, 100 уголовных дел может быть. И даже в этом случае страна, в которую мы отправляем запрос, будет тщательно рассматривать дело. Потому что часть людей, которые могут быть совладельцами незаконно выведенных активов, являются законопослушными гражданами у себя на родине. Это могут быть иностранные инвесторы или компании, которым просто комфортно было работать с нашими чиновниками. К примеру, казахский крупный чиновник или топ-менеджер находится в доле с иностранцем, то есть с реальным бизнесменом. Иностранный инвестор, ведя совместный бизнес или отдавая долю казахстанскому высокопоставленному чиновнику, решает свои политические риски. Поэтому, когда говорят даже о $100 млрд, выведенных денег, то можно предположить, что часть из них может принадлежать реальному иностранному инвестору. Тогда иностранный госорган, проверяющий наш запрос, может сказать: «Так, ребята, вот эти деньги вы можете взять, а вот это наше». А если мы попытаемся отобрать, то они - владельцы активов - могут подать иск на страну (как это сделал в свое время молдавский бизнесмен Анатол Стати*) и через суд заморозить счета нашего Национального фонда.

Не думаю, что для поиска денег нужно нанимать иностранных специалистов или организации на весь срок работы, но не исключаю, что придется это сделать в самом начале. У нас есть опыт международного разбирательства. Делом Анатола Стати занимался наш Минюст. Еле-еле, но оно выиграло все-таки дело. Правда наш Минюст так и не раскрыл сколько средств потратил на это.

Кроме того, часть информации можно найти с помощью наших или иностранных правоохранительных органов в рамках договоренностей между спецслужбами. При этом процесс возврата денег может занять минимум, 2-3 года, а максимум, затянуться на десятки лет.

Конечно, есть успешный опыт в такого рода делах среди постсоветских стран. Например, узбеки смогли вернуть в страну около $800 млн из швейцарского банка. Они правильно организовали работу, хотя долго ходили. У них были признательные показания Гульнары Каримовой*, если не ошибаюсь. Они все это показали и забрали деньги. При этом деньги напрямую из Узбекистана в Швейцарию были переведены. А если бы между этими странами были оффшорные банки, то им было бы очень тяжело.

Если сейчас Казахстан начнет отбирать незаконно выведенные деньги, и делать это публично, то, как только первые $100 млн заберут, владельцы всех остальных денег начнут подавать иски на страну. Люди, которые вывели эти $100 млрд, занимали очень высокие позиции. Их прежние подчиненные, друзья, дети, родственники - все здесь ходят. Они все будут знать заранее. Они, чтобы у них не отобрали эти миллиарды, пойдут на большие шаги. Одно дело, когда кто-то, находящийся под следствием в Казахстане «дарит» свою долю в компании государству, другое - вступать в жесткую конфронтацию с владельцами активов, находящимися за границей.

Пути возврата денег есть, но смогут ли наши чиновники найти их, неизвестно. Я лично сомневаюсь. Если по иску Стати на $500 млн разбирательство длилось так долго, то здесь придется приложить в двести раз больше усилий».

Анатол Стати* - молдавский бизнесмен, основатель крупнейшей в Молдове нефтегазовой компании Ascom Group. В конце 1990-х его оффшорная компания Tristan Oil Ltd приобрела часть акций двух нефтяных компаниях в Казахстане - Tolkynneftegaz и Kazpolmunay, через которые вела разработку нефтегазовых месторождений Боранколь и Толкын в Мангистауской области.

В 2008 году казахстанские госорганы обвинили Tolknynneftegaz и Kazpolmunay в нарушении налогового законодательства. Директор Kazpolmunay Сергей Корнегруца был арестован и осужден на четыре года заключения, несколько его помощников были объявлены в розыск. Было объявлено, что руководители двух вышеназванных компаний получили незаконный доход, превышающий 140 млрд тенге, который по приговору суда нужно взыскать в пользу государства.

Нефтяные месторождения Толкын и Боранколь в Мангистауской области были переданы в управление нацкомпании «КазМунайГаз».

Анатол и его сын Габриэль Стати в 2010 году подали судебные иски против Казахстана. Они потребовали в арбитражном суде Швеции от республики $4 млрд, но им было присуждено $500 млн. В ходе разбирательства были арестованы акции АО «Самрук-Казына» в KMG Kashagan B.V. стоимостью $5,2 млрд, а также заморожены часть средств Нацфонда.

В ноябре прошлого года Министерство юстиции Казахстана сообщило, что Стати признали, что их временный арест в Бельгии на активы Нацфонда в размере $530 млн должен быть отменен. Разбирательство длится около 10 лет.

Гульнара Каримова* - дочь бывшего президента Узбекистана Ислама Каримова. Согласно сведениям из открытых источников, с 2013 года находилась под домашним арестом. В 2015 году была осуждена к 5 годам ограничения свободы за хищения и вымогательства денежных средств. В 2017 году ей были предъявлены новые обвинения, и она была заключена под стражу. В августе 2019 года Генпрокуратура возбудила новые уголовные дела в отношении Каримовой по фактам хищения государственных средств и заключения сделок вопреки интересам Узбекистана, а также завладения путём вымогательства чужого имущества в особо крупных размерах. Приговорена к 13 годам лишения свободы.

Дулат Тасымов

1100